Eurosport

Иржи Ярошик: «В «Челси» лучшим был Дрогба. Он умел все»

Ярошик: «В «Челси» лучшим был Дрогба. Он умел все»

Экс-футболист ЦСКА, «Челси» и «Селтика» – о Валерии Газзаеве, Петре Чехе, Романе Абрамовиче и жизни в Испании.

– Чем вы сейчас занимаетесь?

– Занимаюсь дочкой. Я летом закончил играть за «Алавес». У меня заканчивался контракт, и я вернулся в Прагу, потому что знал, что у папы очень серьезная болезнь. Я отстранился от футбола на три-четыре месяца и жил с папой. А тренироваться начал с декабря. Ищу команду, но не знаю, получится ли. Буду думать, где еще могу реализовать себя.

– В одном интервью вы говорили, что тренируетесь с командой свободных агентов. Что это за команда?

– Это такая программа. Игроков, у которых нет контракта, приглашают в команду, где есть и тренер, и массажист, и вообще все как у настоящих команд. Мы серьезно тренируемся, играем товарищеские турниры. На них приезжают скауты, они выбирают игроков без контракта. Кстати, наша команда выиграла чемпионат Европы среди свободных агентов. Мы победили Португалию, Швейцарию, Францию и выиграли в финале у испанцев.

– Кто-нибудь из известных футболистов принимал участие в турнире?

– Программа только начинается. Есть страны типа Испании и Франции, где это существует дольше, чем в Чехии. Может, там организация лучше. Люди не верили в проект и даже смеялись над ним, но команда выступает серьезно и хорошо, так что, может быть, все станет еще лучше.

Иржи Ярошик

– Вы говорили, что всегда мечтали играть в «Спарте».

– Это моя самая большая мечта в футболе, и я рад, что поиграл в ней.

– Вы вернулись в «Спарту» после «Сарагосы». Почему?

– Был немного сложный период. В «Сарагосе» я показывал свою лучшую игру. У «Сарагосы» были очень большие проблемы с финансами. Я боялся, что команда распадется, поэтому в последний момент вернулся в Чехию. «Спарта» играла в еврокубках, так что мне было очень интересно. То, что она борется каждый год за чемпионство, я и так знал. Еврокубки были большей мотивацией.

– В начале вашей карьеры в «Спарте» вы играли с возрастными игроками, и молодых заставляли чистить бутсы и стирать форму. Вы как-то сказали, что вам этого не хватает. Что может дать чистка бутс молодому игроку, например, молодежной команды «Спартака»?

– В России это же тоже было. Все ходили в армию, и из армии перешло, что молодежь несла ворота и чистила бутсы. Я не знаю, поможет ли это молодым игрокам, но я думаю, что молодежи не хватает сегодня дисциплины.

– В чем это проявляется?

– Например, в том, что молодые игроки быстро растут, сразу получают большой контракт и падают через год неизвестно куда. Ему 20 лет, он получает контракт, начинает играть за «Спартак». Он приходит вечером и ночью домой, он может выпить. Родители не могут ему сказать, что он делает что-то не так, потому что ребенок чувствует себя королем, думает, что все есть и все имеет.

– Широков был воспитанником ЦСКА, но позже по некоторым причинам был отправлен Евгением Гинером красить заборы.

– Если читать книги больших футболистов – а я сейчас читаю автобиографию Златана, – там этого много. Джон Терри недавно рассказал, что ему говорили сидеть в туалете и греть сидушки унитазов, чтобы они не были холодными, когда приходили звезды. Все зависит от режима и дисциплины. Многим сегодня это не хватает.

– Ребята из сборной России до 17 лет сначала возили на сборы и турниры игровые приставки, но потом после отбоя их начали забирать, и все перешли на чтение книг. Как проводили досуг молодые чешские футболисты 20 лет назад?

– Иван Гашик советовал играть в шахматы, потому что в шахматах надо думать и концентрироваться. На поле тоже надо думать: ходить вперед, предсказывать все наперед.

– То есть Иржи Ярошик на сборах всегда рубился в шахматы?

– Не только в шахматы. Я – игровик, люблю играть во все. И в шахматы, и в бильярд, и в карты.

Иржи Ярошик

– В «Спарте» вас тренировал Петржела. Он жесткий тренер. В чем это проявлялось?

– Его манера тренировок. Нагрузки были больше. Он всегда говорил прямо в раздевалке или на поле, если хотел что-то высказать.

– В ЦСКА не было ни одного чеха, когда вы переходили туда. С кем вы общались больше всего?

– Раньше было очень сложно, потому что проблема была с языком. Я успел поучить русский два года в школе, но не хотел тогда учить русский – хотел учить другой язык.

– У вас был обязательным русский язык?

– Обязательным у нас был только русский язык. Когда все политически поменялось, в школах начали учить английский, французский, испанский, а тогда – только русский.

Было очень сложно и тяжело. Я такой человек, который любит общаться. Но ребята и сотрудники клуба помогали мне так, как нигде впредь. Все ребята очень старались. Я жил в одной комнате с Александром Генрихом. Он мне очень помогал, молодой парень. Попов, Богдан [Шершун] со мной общались, Веня Мандрыкин. Пятеркой сидели за столом на первом сборе, они мне объясняли: «Это ложка, это вилка».

Иржи Ярошик

– Как изменилась зарплата после перехода в ЦСКА?

– Москва – город, где все очень дорого стоит: машина, квартира. Конечно, мне помогло то, что мне увеличили зарплату в несколько раз, но я неэкономно тратил деньги: на одежду, на рестораны хорошие. Я даже не заметил, что у меня появились деньги какие-то лишние.

– На тренировки вы приезжали на машине?

– В контракте было прописано, что мне помогут найти машину. Сначала было сложно, потому что Ватутинки – это не Москва. И я ездил 45-50 минут туда-обратно. Но потом я приспособился к Москве, к вождению зимой, когда не видно разметки из-за снега, и впоследствии все было нормально.

– Вы жили и в Лондоне, и в Москве. Где пробки ужаснее?

– Сложно сказать. В Лондоне нет таких больших шоссе: кольцевая, проспекты – такого в Лондоне нет. Пробки там меньше, но везде камеры, переходы, пешеходы. В Москве если пробка, то на два-три часа минимум.

– Александр Кокорин рубил в «Динамо» 5 миллионов евро в год, а сейчас перешел в «Зенит» на 3,2 миллиона. Во времена вашего выступления в ЦСКА ваши зарплаты были такими же сумасшедшими?

– Ну, мне тяжело судить, но я бы не сказал, что зарплаты были такие высокие, как сейчас. Я начинал в 2003 году, и до сих пор росли зарплаты футболистам. Это огромные деньги. Находиться в клубе как «Зенит» или «Динамо» и иметь такую зарплату все мечтают.

– В ЦСКА есть лимит на зарплаты: никто не зарабатывает больше 2,5 миллионов евро в год. Поэтому, по словам Евгения Гинера, расходы ЦСКА меньше, чем у «Спартака», «Зенита», «Локомотива». Проблема высоких зарплат в клубах – в руководстве российского футбола, ужесточающего лимит, или в игроках?

– Тяжело об этом говорить. В «Барселоне» не самые высокие зарплаты, кроме лидеров команды. Больше 5 миллионов в год там немногие зарабатывают. Те, кто хочет играть в «Барселоне», согласен играть за меньшие деньги ради того, чтобы выступать за них. Кто предлагает такие зарплаты футболистам, тем и надо задавать такие вопросы. Может, агент у Кокорина хороший.

– У Кокорина была возможность уехать в аренду в «Арсенал». То ли «Динамо», то ли Кокорин заблокировали трансфер: аренда не устраивала. Игроку сборной России стоит ехать за рубеж за полгода до чемпионата Европы или ему лучше перейти в условный «Зенит» и иметь гарантированное место в составе?

– Это, конечно, не вопрос. Зачем переходить в «Арсенал» в аренду на полгода? Он там не будет играть и потеряет место в преддверии чемпионата Европы. Ему есть смысл уезжать за рубеж после Евро, но не сейчас.

– Вы играли в ЦСКА, потом уехали в Британию и обратно в Россию, в «Крылья Советов». Зарплата в Самаре была меньше, чем в ЦСКА?

– Нет, выше.

– Вам вроде как не все выплатили в «Крыльях».

– Не, мы уже обо всем там договорились, задолженностей у «Крыльев» передо мной нет.

– «Живя в Праге, я говорил себе: до 25 я не считаю деньги, трачу, сколько хочу, а потом берусь за ум и начинаю экономить. В Москве я отложил это до 28. Потом до 30. Потом до 33. Так и не начал копить, зато поиграл в хороших командах, стал чемпионом четырех стран». На что больше всего уходит денег у Иржи Ярошика?

– Конечно, я много чего люблю: путешествовать, одеваться. В Москве я мог себе позволить хорошую одежду. На отдых, на машины – много машин поменял. На спорт: в гольф любил играть, на лыжах кататься.

– Марио Балотелли однажды купил себе домой фонтан, сделанный в форме его инициалов – MB – и номер 45. Ваша самая безумная трата?

– Тяжело назвать это безумной тратой. Однажды я купил землю. Я пришел на эту землю, где сейчас стоит мой дом, и почувствовал, что это мое. Это недалеко от Праги. Не могу сказать, что это самое дорогое, что я купил в своей жизни, но помню очень приятное ощущение, что это мой маленький кусочек.

– Как вы нашли это место?

– Это было в моем родном городе. Я провел там много лет с семьей. Мы жили в жилом доме, а потом решили купить участок, где построим свой дом. Мама с братом сказали, что есть земля очень красивая в центре города, и я ее купил.

– В ЦСКА вы играли под руководством Валерия Газзаева. Он серьезный тренер, который проводил интенсивные тренировки. Каков он в жизни?

– Когда я пришел, были какие-то правила, которые я не знал. Не скажу, что были жесткие, но некоторые я до сих пор не понимаю. Например, когда у нас были часовые видеообзоры, мы не могли двигаться на сидениях, ноги поднимать. Нам запрещали играть в карты. Но в целом мне такие тренеры всегда нравились, которые умели закричать и быть жесткими, при этом способные посмеяться с ребятами, пошутить.

– Окей, давайте вспомним хорошее. Самое яркое впечатление о хорошем Валерии Газзаеве?

– Ха, я не знаю, просто таких моментов было больше, конечно. Я был один из ведущих игроков, и он со мной всегда общался хорошо. Я не могу судить за других игроков, которые, например, не играли под его руководством. Может, они не будут его так тепло вспоминать, но я честно скажу, что не помню какой-то определенный момент. Когда он видит, что человек старается, выполняет задачи, трудится и отдается футболу, но у вас не идет игра, он помогает вам и делает так, чтобы вы не опускали руки. Он ведь бывший игрок – я потом читал про него и могу сказать, что он был таким же тренером, как и игроком. Он не изменился как человек, и это хорошо. Я был очень рад, когда он позвал меня на 50-летие. Это было приятно.

Иржи Ярошик

– Алан Дзагоев, игрок ЦСКА, после одного из чемпионств пел нецензурную песню про «Зенит». Как праздновали победы над принципиальными соперниками в ЦСКА 12 лет назад?

– Оскорбительного ничего там не помню, чтобы было. Когда вам 25 лет или 30, вы ведете себя по-другому. Я думаю, что не надо оскорблять никого. Посмотрите, вот Дзюба перешел из «Спартака» в «Зенит», при этом ранее он говорил, что никогда в «Зенит» не пойдет. Никогда не знаешь, где окажешься через несколько лет. Понятно, что молодежь часто делает глупости.

– И все же, как вы праздновали?

– Конечно, бывают разные праздники после больших побед. Когда вам 25, вы можете чуть дольше праздновать, потому что в другой день обычно тренировка послеигровая. Когда я был молодой, я любил праздновать большую победу. Футболисты – такие же люди, мы тоже не только работаем.

– После ЦСКА вы оказались в «Челси». Вы не боялись, что не будете играть?

– Я никогда об этом не думал. Я играл с пяти лет и всегда попадал в основу. Когда я туда перешел, я реализовал свою мечту играть в Англии. Про игровое время я не задумывался.

– Были альтернативные варианты кроме «Челси»?

– «Эвертон» тоже хотел меня подписать. У меня был контракт еще на три года с ЦСКА, и я жалею, что не попрощался с фанатами и с ребятами моими, с тренером, людьми из ЦСКА. Я ушел зимой, когда уехал в Чехию, и уже не вернулся в Россию.

– Вы пришли в «Челси», когда там играли очень крутые перцы: Макелеле, Терри, Дрогба, Дафф, Гудьонсен и многие другие. Кто самый крутой игрок того «Челси»?

– Когда я перешел в «Челси», эра только начиналась. Когда пришел Моуринью, «Челси» начал играть очень хорошо, а игроки впоследствии выросли. Но лучшим был Дрогба. Он умел все. Это лучший нападающий, которого я видел. Он был очень быстрый, умный, с левой и с правой ноги бил, обыгрывал, корпус мог поставить, головой бил. Для меня это был лучший нападающий и игрок.

Иржи Ярошик

– Были ли какие-то люди в «Челси», удивлявшие вас манерами или привычками?

– К тому моменту я многое видел в футболе. До игры нас там не закрывали, поэтому мы приезжали за 3,5 часа до игры, так что не могу сказать о каких-то привычках. Разве что в еде. У нас были иностранцы со всего мира, и они кушали все, что хотели. Кто-то захотел перед игрой мороженого, и им это не запрещалось. В России доктора строго следят за тем, что ты кушаешь, а в «Челси» главное – чтобы вы выходили на поле в топ-форме. Если вы привыкли кушать яичницу, кушайте яичницу – только отыграйте супер.

– С вами общался на футбольные темы Роман Абрамович. Создавалось впечатление, что он в футболе разбирается?

– Я с ним говорил не так как с вами – не полчаса и не час, но было приятно, когда он купил эту команду и часто ходил. Даже ходил на тренировки и кушал [с нами] даже. Он не спрашивал меня, почему ты там не забил или почему ты не вышел на поле, но было видно, что его это интересует. Он со всеми здоровался, говорил. Он не очень хорошо говорил по-английски. Алексей Смертин мне очень помогал, он был мой помощник и переводчик, спасибо ему большое.

По поводу Абрамовича. Он никогда не будет учить тренера, он ему доверяет. Он никогда не спросит, почему ты купил вот этого игрока, а этого ты продал, почему ты играл так. Роман точно не вмешивается в тренировочный и игровой процесс поначалу, и думаю, что не вмешивается до сих пор.

– Петр Чех ушел из «Челси» в «Арсенал» и сейчас стал лидером «канониров». Лондонцы красиво расстаются с легендами или нет?

– В конце концов, «Челси» или Абрамович позволили Петру остаться в Лондоне и играть за «Арсенал», у которого не было нормального вратаря нужного уровня. «Арсенал» должен быть рад, что у них играет один из лучших голкиперов мира. Он руководит командой, подсказывает – это важный момент. Он опытный игрок, знает АПЛ очень хорошо, ему не нужно вживаться в команду, в чемпионат. Он перешел и сразу же стал играть на топ-уровне.

Очень мало команд или людей умеют прощаться с большими игроками. В «Челси» получилось некрасиво, но в «Спарте» расстаются с великими футболистами еще хуже. Легенде клуба и всего чешского футбола Карелу Поборски просто написали сообщение по почте, чтобы он уже не ходил на тренировки. Это лучшая команда Чехии, историческая. Петру обидно, но он играет в «Арсенале», стоит, улыбается.

– В «Челси» у вас около 20 матчей за два года. Есть история, когда Стив Брюс, главный тренер «Бирмингема», в который вы ушли в аренду из «Челси», кинул в вас бутылкой. Были ли еще странные случаи, связанные с ним?

– Это был очень хороший сезон, я был лучшим бомбардиром команды. Там было хорошо, но был один неприятный момент. После игры, которую мы выиграли в серии пенальти, в раздевалке [Брюс] кинул в меня бутылку. Не знаю, я очень разозлился на тренера и всех вокруг, и меня успокаивали, как всегда это бывает. Не знаю, почему он это сделал. Я его всегда уважал как игрока – он был прекрасным игроком. Это было видно на тренировках: когда он играл с нами в квадрат, было видно, что у него в ногах все осталось. Но как тренера я его немного не уважал. Я не хочу некоторые вещи говорить, но как тренер может приходить на последние 30 минут тренировки каждый день, а потом говорить: «Ты не тренируешься хорошо и ты не будешь играть»? Уважаю, как старшего человека и как футболиста, но эта история меня разочаровала.

– Кто вам платил зарплату, пока вы были в аренде: «Бирмингем» или «Челси»?

– Честно? Не помню. Может быть, 50 на 50.

– Из Англии вы уехали в «Селтик». Шотландский и английский футбол сильно отличались?

– У меня было несколько английских команд, но я выбрал «Селтик», потому что, во-первых, хотел играть в Лиге чемпионов, а во-вторых, у «Селтика» одни из лучших болельщиков в мире. Футбол в Шотландии можно назвать старым английским футболом. Там было мало иностранцев, в футбол играли, как в Англии – туда-сюда. Тактики никакой не было: бей вперед и беги.

– В Шотландии жить скучнее, чем в Англии?

– Я жил в Глазго, потому что жить в других городах было очень сложно. Когда деревня, маленький город и нечего делать, кроме футбола – очень сложно. Глазго – интересный город, было что посмотреть, куда сходить.

– Любимое место в Глазго?

– Я любил ходить в центре. Зимой там делали каток, и мы катались на коньках. Это было интересно. А так – не знаю. Глазго – такой рабочий город.

Иржи Ярошик

– Вы играли в Самаре. Чем хорошим запомнились годы в этом городе?

– Я не был рад, когда мне звонили из Самары, потому что знал, что город не очень красивый. Помню, мы летали на игру туда зимой и весной, и ничего зеленого в городе не было – только дома и аэропорт. Но потом я узнал, что там будет тренер Слуцкий и собирается команда, которая будет биться за первую пятерку, например. Это было очень интересно, и, конечно, я видел и знал игроков, которые там играют. Я подумал, что это неплохая идея.

– Где вы жили?

– Снимал квартиру. Еще одна причина перехода в «Крылья» – у Самары всегда были хорошие фанаты. Я нашел квартиру в центре города, все нормально, хорошо было.

– Я был в Самаре лишь однажды. За 24 часа, проведенных в этом городе, из меня пытались выбить денег какие-то странные ребята, я стал свидетелем того, как два мужика споили деда на вокзале и украли у него деньги и документы. С вами случались криминальные истории в Самаре?

– Самара находится почти рядом с Москвой – для России это близко. Я в целом не очень был доволен поначалу, но потом я нашел там квартиру, летом набережная очень красивая, можно с детьми гулять, люди отдыхают. Мне очень понравилось. Много во что играют дети у реки, так что могу сказать, что лето было самым позитивным в Самаре. Дороги там, конечно, не очень. Преступники – не знаю, мне кажется, это везде, во всех городах. Но лето в Самаре очень хорошее.

– То есть с преступностью вы не сталкивались в Самаре?

– Нет. Самара мне запомнилась еще тем, что это была одна из самых дружных команд, в которых я играл. Это команда, которая всегда встречалась после игры с женами, подружками. Мы ходили отдыхать, кушать, все было просто супер. Нигде не было в этом плане так, как в Самаре.

Иржи Ярошик

– Капитаном «Крыльев» тогда был Мэттью Бут, долговязый южноафриканец. Каков он в жизни?

– Мэттью – отличный игрок и человек. Он настоящий капитан и лидер. Он даже ничего не говорит – ты видишь, как он себя ведет, как он работает на играх, на тренировках. Если нужна помощь, поможет, подскажет. Если вы за границей, он поможет с переводом, так как знает три языка.

– Самая странная история, которая случилась с вами в Самаре.

– Когда мы перед игрой ехали на стадион «Металлург», фанаты собирались на машинах и ехали за автобусом с флагами. Нас сопровождало до 20 машин, это было очень круто. О людях, которых я встретил в Самаре, я могу говорить только позитивные вещи. И о футболистах, и о руководстве клуба, и о водителях, и о рабочих.

– После России вы рванули в Испанию. Почему именно туда?

– Я провел почти два года в Самаре. Полтора года все было супер, последние полгода был какой-то сон кошмарный. У меня заканчивался контракт. Мне предлагали продлить его на год-два, но потом что-то там испортилось. Может, не нашли нового спонсора – не знаю. Я искал команду, в которую мне идти. У меня было предложение из одного российского клуба, но я решил переехать в Испанию, в «Сарагосу».

– Что за российский клуб вами интересовался?

– «Терек».

– Вы не раз говорили, что в Испанию едут ради игры и что в Испании вам нравилось играть больше всего. Чем испанский футбол отличается от футбола в других странах?

– Это страна, где погода лучше, чем у вас или у нас. Вы идете на поле, и солнце светит, и хочется выйти на траву поскорее и начать играть. В Испании сразу работаете с мячом, очень интересные тренировки и даже разминки. В Чехии раньше было так, что во время тренировки мы 45 минут занимались без мяча.

– Испания – страна, которая славится техничными футболистами и соответствующим уровнем игры. Ваш рост – 196 сантиметров. Трудно было приспособиться к стилю игры, где нужно играть преимущественно низом?

– Я рад, что пошел сюда и сыграл в этой лиге. Если бы я мог, я был бы рад провести всю карьеру в Испании. Конечно, я поиграл в России, в Шотландии, в Англии, но если бы я играл 15 лет в Испании в Примере, это была бы вообще сказка. Да, я большой, высокий, но когда вы играете центрального защитника, вам не надо так много бегать. Играете против очень интересных игроков атаки, атмосфера на стадионе – этот чемпионат очень интересный, люди супер. Нет лучшего места в Европе для игры в футбол.

– Когда вы переехали в Испанию, вы устроили просмотр брату вашей жены Антону Швецу. Кому пришла идея устроить его в «Сарагосу»?

– Антон – талантливый парень, но был без команды. Я приехал в Москву, и мы поехали играть у какого-то бассейна в небольшой футбольчик 3-на-3. Я понял, что этот человек может стать футболистом. Не помню, кто придумал, но я сказал ему: «Если у тебя нет команды, езжай в Испанию». Он приехал, его взяли в команду.

– Испания – идеальная страна для молодых футболистов?

– Я бы сказал, что да. Мы с Антоном говорили на эту тему. Он сейчас находится в дубле «Вильярреала», одной из сильнейших школ Испании. Я ему говорю: «Старайся, у тебя есть все. Другие ребята из России, которые не могут уехать играть в Испанию, могут тебе лишь завидовать».

– Помимо Антона в «Вильярреале» играет еще и его младший брат, Олег. У кого из них больше шансов добиться успеха в футболе?

– Трудно сказать. Я прежде всего хочу сказать, что они очень добрые и важные для меня люди. У них есть прекрасная возможность стать футболистами, потому что они играют в клубе, который позволяет молодым футболистам расти. Я могу пожелать им всего самого лучшего, но все зависит только от них.

Иржи Ярошик

– Из «Сарагосы» вы уехали на два года в «Спарту», а оттуда – в «Алавес». Почему?

– Мы хотели вернуться в Испанию, потому что нам там очень нравилось: и погода, еда, и футбол. У нас еще дочка родилась, и нам хотелось, чтобы она жила в суперстране, поэтому вернулись в Испанию.

– Вы с дочкой разговариваете на русском?

– Она родилась в Испании, она испанка. Но Злата говорит с ней на русском, а я – на чешском.

– И испанский будет учить?

– Обязательно.

– В последнее время появилась тенденция среди молодых русских футболистов ехать в поисках опыта и практики в Чехию. Почему футболисты из России едут именно в Чехию?

– Мне очень жалко, что лучшие русские футболисты не хотят играть в Европе. Они не хотят привыкать к другой жизни и другой стране. Играть в Москве или Питере и получать такие деньги, они герои России и прекрасно живут. Деньги для меня очень важны, но у меня была мотивация попробовать хоть один раз поиграть в Англии, в Испании.

В детстве я мечтал играть всю карьеру за «Спарту», но когда у меня был шанс сделать шаг вперед, я его сделал. Но вот эти молодые ребята – им пойдет это на пользу. Они попробуют жить без родителей, без помощи, учить другой язык, жить в другой стране, ориентироваться не только на поле, но и в жизни, и впоследствии им это поможет. Им может понравиться играть в Европе, они один год провели в стране, которая походит на Россию даже языком. Футбол в Чехии для молодых игроков – хороший уровень.

– Вы видели Давыдова, Ефремова и Караваева?

– Про Давыдова пишут, что он большой талант. Я его еще не видел.

– Как вы смотрите русский футбол за рубежом?

– По телевизору в Чехии, конечно, не показывают каждую игру, но если проходят большие игры из России, их можно посмотреть.

– Вы еще хотите поиграть в футбол?

– Я бы хотел еще поиграть плюс я еще здоров, мотивация есть, находиться в раздевалке – это супер. С другой стороны, зная свой возраст, я подумываю, что надо бы заняться чем-нибудь другим, но не знаю пока, чем именно.

– Есть ли у вас какие-то предложения?

– Было, но слишком далеко, я туда не поеду точно. У меня сейчас семья, надо думать и о ней, я хочу проводить с ней время.

Другие материалы Кирилла Воробьева на Eurosport.ru:

0
0