Imago

«Маша держится достойно». Вице-президент федерации тенниса объясняет про Шарапову

«Маша держится достойно». Вице-президент федерации тенниса объясняет про Шарапову

Алексей Селиваненко, вице-президент Федерации тенниса России, в интервью комментатору Eurosport Владасу Ласицкасу рассказал последние новости про дело Марии Шараповой.

– В СМИ тиражируется дата 2 марта – день, когда Марии было предъявлено обвинение – как начало дела Шараповой. Так и есть?

– Это число в реальности никак не влияет на сам процесс. Просто именно в этот день ITF отправила Марии уведомление о том, что ее допинг-проба «А» дала положительный результат. Несколько дней спустя Шарапова объявила об этом публично, после чего начался закрытый процесс, в котором участвуют ее адвокаты и специальная комиссия ITF. На данный момент происходит некое взаимодействие заинтересованных и вовлеченных в данное дело лиц. А все остальное, что сейчас звучит от различных экспертов, – это всего лишь личное мнение, домыслы и спекуляции.

– Сколько по правилам ITF может длиться дело Шараповой?

– Нет конкретных сроков. Но это вопрос не нескольких дней. Это длительный процесс. Предстоит изучить очень большой объем информации.

– Также прозвучала информация, что первое заседание комиссии должно было состояться не позднее 23 марта.

– 23 марта никто ничего не начинал. На самом деле, никаких реальных сведений о том, что происходит, не существует. Все, что озвучивается, не соответствует действительности. Это полностью закрытый процесс и по правилам никто не имеет возможности влиять на него и оказывать какое-то давление. Мы даже не знаем людей, которые входят в специальную комиссию ITF.

– Но вы сами подтвердили, что некий процесс начался.

– Смотря как воспринимать слово процесс. Если в вашем понимании процесс – это вариант, при котором люди садятся в одну комнату и начинают разбирать дело, то такого нет. Если мы воспринимаем процесс, как некое взаимодействие сторон и подготовку документов, то да. Это все есть. Адвокаты готовят свои доводы и документы. Вы же понимаете, что там будут сотни и, может быть, даже тысячи документов.

Мария Шарапова

– Федерация тенниса России так же, как и Шарапова, получила уведомление от ITF 2 марта?

– В таких случаях письмо обычно направляется игроку и в национальную федерацию. По факту Маша сама заявила о положительной допинг-пробе. Так что ITF чуть позже направила нам формальное письмо, в котором сообщила, что все слова, сказанные Шараповой, являются правдой. Что ее допинг-проба, взятая 26 января, действительно оказалась положительной. Это письмо есть у всех заинтересованных сторон.

– ФТР связывалась с Марией после пресс-конференции?

– Да, мы общаемся. Ей звонил президент федерации Шамиль Тарпищев, и я с ней говорил. Маша держится достойно. Она понимает всю сложность ситуации. Но сильный человек из подобных историй выходит еще более закаленным. Маша – личность, причем выдающаяся личность.

– ФТР входит в круг лиц, заинтересованных в данном процессе?

– Мы не можем принимать участие во всем этом. Данная история – сугубо личное дело спортсмена и антидопинговой программы.

– Кто виноват в том, что случилось с Шараповой?

– На мой взгляд, последние допинг-скандалы – это больше вина функционеров. Причем и с российской стороны, и с международной. Именно функционеры не акцентировали внимание спортсменов на произошедших изменениях. Да, Маша мужественно приняла всю ответственность на себя, потому что не знала, что мельдоний запрещен с 1 января, но к спортсменам надо относиться немного иначе – все-таки они больше концентрируются на других вопросах. Понятно, что следить надо и самому, но задача спортивных функционеров (и российских, и международных) состоит в том, чтобы в данных вопросах не ограничиваться некой общей рассылкой по имэйлу.

Такой стиль нужно менять. Как показывает практика, этого недостаточно. Таким людям, как Шарапова, можно пять раз позвонить и переспросить: ты получила информацию? Все прочитала? Все поняла? Надо более четко акцентировать внимание на введении новых препаратов в запрещенный список. Я считаю, что это входит в обязанности функционеров.

Мария Шарапова

– Под функционерами вы имеете в виду Минспорта, ФТР и РУСАДА?

– Я имею в виду всех. И наших функционеров, и WTA, и ITF, и так далее.

– Шарапова призналась, что десять лет принимала «Милдронат», но так и не сказала, принимала ли она его в 2016 году.

– По данному вопросу больше ничего озвучено не было. У нас есть то, что есть: ее официальная пресс-конференция и несколько комментариев на странице в Facebook. Другого ничего не скажут.

– Если Шарапову признают виновной, отсчет ее дисквалификации пойдет с 26 января – дня, когда она сдала положительную допинг-пробу? Или со 2 марта, когда она получила уведомление от ITF?

– Есть разные варианты. Начало отсчета может варьироваться в пределах месяца с учетом всех перечисленных вами факторов. Но этот вопрос должны решить люди, входящие в специальную комиссию ITF. Мне кажется, что на данный момент даже они не знают ответы на все озвученные вами вопросы. Повторюсь, до официального решения никаких комментариев от заинтересованных сторон не последует.

0
0