Eurosport

«Сверстники шли в кино, а я на гору». Золото Марселя Хиршера – самое важное на Олимпиаде-2018

«Сверстники шли в кино, а я на гору». Золото Хиршера – самое важное на Олимпиаде

14/02/2018 в 12:30Обновлено 14/02/2018 в 13:07

Призер Олимпийских игр Елизавета Кожевникова – о том, что воспитало в австрийце чемпиона.

  • 6 больших глобусов Кубка мира
  • 7 медалей Чемпионатов мира
  • 55 побед в Кубке мира
  • 2 олимпийские медали

С таким возком Марсель Хиршер выходил на старт олимпийской комбинации в Пхёнчхане. Единственное, чего в нем не доставало – олимпийского титула. За сутки до старта австриец заявил, что эта олимпийская кампания – его последняя. И да, золото было бы ее отличным финалом. Но ни разу за 11 лет большой карьеры Хиршер не сказал «Хочу медаль». Он всегда говорит: «Я рад возможности выиграть медаль!»

Профнепригодность

Марсель Хиршер

Марсель ХиршерGetty Images

Есть комментаторская байка о том, как за корявую технику подростка Марселя выгнали из лыжной академии. Проверить, как оно было на самом деле, едва возможно. Структура австрийских спортивных интернатов действительно жестка и нацелена на естественный отбор. Но то, что 14-летний Хиршер взрывал все представления о стандарте лыжного качества – это факт. Разговор тут о том, что когда ты соглашаешься лечь в прокрустово ложе системы, ты отдаешь ей ответственность за себя. Ровно тогда папа Фердинанд Хиршер доходчиво объяснил сыну Марселю Хиршеру о том, что твой успех – это твоя зона ответственности и больше ничья. Бери ее, будь свободен и достигай успеха.

Навык

Про достижение успеха Марсель в предсочинком интервью рассказывал без прикрас: «Сверстники шли в кино, а я на гору. Если ты не можешь доехать трассу до конца, твоя карьера слаломиста заканчивается очень быстро». Философия антираздолбая – чья она: его ли самого или папы Фердинанда? Неважно. Важен тот факт, что Хиршер на любую гонку приезжает со сделанными уроками. Спортсмен – это прежде всего ремесленник. Первое, что должно быть – прочный навык. На навыке можно вытянуть большинство кризисных ситуаций. Хиршер готов вообще и в частности: к снегу, к трассе и к соперникам. Все это он моделирует на рабочем склоне. Если тренируешься так, как соревнуешься, то гонки перестают быть непредсказуемыми. Потому что диктатором становится сам гонщик. И Хиршеру несложно диктовать другим такие скорости и такую изворотливость, которую он отдолбил до автоматизма на своих самоистязательных тренировках.

Ответственность

В январе 2011-го на Кубке Мира разгорелся скандал. Режиссеры трансляции при просмотре повторов обнаружили, как австриец из гонки в гонку делает одно и то же: цепляет древко лыжей, не останавливаясь едет дальше и выигрывает. По правилам лыжник в этом случае должен сам остановиться и сойти с трассы. Нойрейтер и Костелич возмущены: нельзя не почувствовать стрэддл – это обман. Я все еще сомневаюсь, что 22-летний Хиршер с его атакующим стилем на высочайших ходах действительно чувствовал, что нарушает правило. Удивительна не этическая, а спортивная сторона этой коллизии. Если атлет делает ставку на автопилотное катание (оно всегда быстрее и менее ошибочное, чем рассудочное), то окунувшись в такой чан с дерьмом, он надолго теряет доверие своим двигательным моделям, а вместе с ним и результаты.

Это как ехать по трассе, и на каждом из 65 створов задаваться вопросом: «Как бы не ошибиться?» Пережить такую волну публичного унижения, страха за то, что больше никогда не получится победить, откалибровать настройки на еще более точный лад – такое может с собой сделать только человек (мальчишка еще по сути), который несет за себя полную ответственность, а потому тотально себе доверяет. Когда сейчас Хиршер берется отыгрывать в снег, в дождь, секунду и даже две – в основе лежит все тот же механизм: я себе доверяю в любой зоне напряжения.

Выход из зоны комфорта

Время летит быстро. Смотря на феноменально точного Марселя, снимающего с соперников шкурку, мало кто помнит, через какие препятствия он шагал, после того, как 19-летним шпаной взорвал Белый цирк. Менялась геометрия лыж, приходили задорные соперники и били его системно. Но где этот Лигети, накатывавший по две секунды за попытку? Где сейчас Кристоферсен, так прочно державший прошлый слаломный сезон? И тот, и другой растерянно смотрят на атаки австрийца и признают: Марсель Хиршер соревнуется в своей лиге. Австриец их всех перетерпел и переработал. Он воспринимает проигрыши как информацию технического характера, а не о плохом себе. А значит и проблема решается технологически: делаем новые лыжи, тестируем, меняем настройки, корректируем технику, доводим ее до автопилота, прокачиваем ее в бордовой зоне – и все окей.

Когда Марсель взял серебро альпийской комбинации на ЧМ в Санкт-Морице, стартовав слалом с 28-го места с проигрышем в 2,30, журналистов интересовал вопрос: «Как такое можно выдержать и не сломаться?» Ответ был прост: «Да я весь сезон только и занимаюсь, что тренируюсь выдерживать». И если представить на минутку, как это переживается, когда ты – пятикратный чемпион КМ, регулярно огребаешь на своем сильнейшем виде от мальчишки Кристоферсена, то можно понять, какой скрытый ад был внутри. Гордыня плачет. И даже ее Хиршер использовал как тренажер. А потом этим же оружием прихлопнул норвежца на слаломе ЧМ.

Терпение

Марсель Хиршер

Марсель ХиршерGetty Images

Хиршер силен тем, что видит разницу между иллюзией и реальностью. Медаль – это символ, знак, иллюзия. Она манит, ее так просто начать воспринимать всерьез. И если это случается, если ты идентифицируешь свою человеческую ценность с медалью, то наступает конец. Марсель и это знает давно. «С медалью или без, я все так же начинаю утро с чашки кофе. Мир не меняется от наличия или отсутствия медалей!» Но он точно знает, что было сделано для того, чтобы медаль пришла сама в свое время. Атлетов, как Хиршер, во времени и в пространстве единицы.

Он так давно играет по правилам «причины и следствия», что уже наверняка знает, как мир прогнется под него. В Пхёнчхане этот прогиб мира имел форму сильного ветра, укороченной трассы скоростного спуска, внезапной перестановки ворот, изменения траектории прыжков. Это возможность, и австриец ей воспользовался по максимуму – уступил лидеру даунхилла только 1,32.

И нет, никаких соплей по поводу страха от столь близкой победы в случае с Марселем Хиршером не было. Была технология. Фокус на задачу. Выполнение задачи.

0
0