– В глазах большинства киберспортсмен – задрот с длинными волосами и лишним весом, который не следит за собой. У них нет личной жизни. Все не так?
– Слушай, у ребят из Virtus.pro есть личная жизнь. Если говорить о ребятах из состава CS:GO, почти все женаты, у двух из них есть дети. Если говорить про дота-состав, наш капитан Леша Березин тоже давно женат.
Глупо отрицать, что ребята в большей степени интроверты, чем обычные люди, но они не ведут асоциальный образ жизни.
Киберспорт
«ПСЖ» стал самым популярным клубом в FIFA 22
23/10/2021 В 16:33
– Киберспорт – это спорт?
– Да. Главная причина в том, что если мы говорим о высочайшем уровне – профессиональных игроках мирового уровня, – они как никто другие понимают, что высоких результатов нельзя добиться, только сидя 17 часов перед монитором. Они хорошо знают, что когда все решают миллисекунды, нужно быть уверенным в том, что у тебя нет тоннельного синдрома, что у тебя мозг быстро и четко соображает. На каждые два часа перед монитором тебе надо встать, на 15 минут прерваться, немного размять кости, подышать свежим воздухом. Тебе обязательно нужна физическая активность, потому что когда ты целый день на групповом этапе сидишь перед монитором, это тяжело с физической точки зрения. Без спортивной подготовки это сделать очень тяжело.
– Как ребята из VP проводят свободное время?
– Нужно понимать: и дота-состав, и CS-состав живут отдельно. Они живут в разных городах. Они живут самой обычной жизнью, у каждого свои хобби. Например, у pashaBiceps громадная собака, немецкая овчарка, с которой он очень любит гулять. Недавно он закончил строительство дома в Варшаве. У него были ровно те же самые проблемы, которые есть у нас в России с обманутыми дольщиками: компания обанкротилась, сдачу дома задержали на полтора года, он ходил по судам – у них все абсолютно то же самое.
– Охарактеризуйте pashaBiceps в пяти словах.
– Простой, веселый, честный парень, для которого киберспорт – осознанный выбор, помогающий достичь цели жизни. Он хочет быть лучшим в мире отцом, он очень любит жену и дочку. Все, что он делает, он делает для них.
– Почему вы считаете его простым человеком?
– Мы не раз были с ним на турнирах, и я ни разу не видел, чтобы он отказывал в автографах. Мы были осенью в Нью-Йорке, отель был в полутора километрах от места проведения турнира. Он никогда не говорил «Я поеду на машине» или «Я не хочу ехать на Uber X – закажите мне Uber Black». Он всегда совершенно нормально шел пешком, останавливался на переходе, когда его просили сделать фото. Он делает то же самое, что делают обычные люди. Нет ничего такого, где выражалась бы его звездность. Понятное дело, что перед камерами он ведет себя иначе и соответствует имиджу, но в жизни он совершенно нормальный парень.
– Как проводят свободное время другие спортсмены Virtus.pro?
– Капитан дота-состава Алексей Березин живет в Новороссийске. Леша очень любит игру Крокодил и часто играет в него на городском уровне с женой. Кто-то ходит в офис на работу, а киберспортсмены работают дома и играют в компьютерные игры. Но у них к этому совершенно другое отношение, и, наоборот, шанс не поиграть в компьютерную игру – отдых.
– Если говорить об СНГ-коллективе, в каких городах живут игроки VP?
– У нас есть ребята, которые живут в Херсоне, в Новосибирске, все в разных местах.
– Как сделать из ребят, которые играют из разных городов, одну команду?
– Все решают миллисекунды, поэтому для команды очень важно взаимодействие на уровне полуслова. Команда должна играть на одном языке, чтобы мозгу не нужно было переводить на русский, когда тебе что-то сказали на английском. Буткемп – место, где, во-первых, можно отработать командные взаимодействия, а во-вторых, быстро разобрать ошибки. Некоторые игры очень сложные, и когда ты сидишь в одном городе, а кто-то сидит в другом, и у вас есть какое-то разногласие, вы не можете сесть вместе и проговорить проблему всей командой. Поэтому это тренировочный лагерь, где как раз готовятся к важным турнирам.
– Почему вы выбрали Краснодар для буткемпа перед квалификацией к Dota 2 Asia Championships?
– Мы все-таки коммерческая организация, мы не можем разбрасываться деньгами. Ребятам нужен бассейн, потому что они плавают. Там можно было найти дом с бассейном за вменяемые деньги. С учетом того, что базироваться мы там будем почти весь 2017 год, разница получается очень заметная.
– С бассейном?
– Игроки ходят в него каждый день. Это хороший способ отвлечься.
– На буткемпе в Краснодаре произошла трагедия. Расскажите, что там произошло.
– История достаточно прозаичная. Мы заехали на буткемп, быстро провели интернет, начали проводить второй резервный канал, не успели сделать это к началу квалификаций, и ровно в тот момент внутри команды было принято не самое корректное решение. Несмотря на отсутствие второго канала, они не поехали в компьютерный клуб, который находился в 10 минутах, а решили отыграть из дома. Когда основной канал лег, начались проблемы. Здесь речь шла об ошибочных управленческих решениях. Все это усугубилось тем, что за выходные дни толком ничего не исправилось.
– Такие ошибки – редкость на уровне профессионального киберспорта?
– Они бывают. У нас, у кого-то еще. Глобально это неправильно. Представить такое в профессиональном спорте невозможно. Это происходит, но все реже и реже. Наша задача как организации и моя личная задача – сделать так, чтобы таких вопиющих случаев впредь не было.
– Второй матч вы провели в компьютерном клубе. Что там случилось?
– Там случился DDoS (хакерская атака – прим.).
– Это была спланированная атака?
– Я не готов ответить на этот вопрос. То, как была организована поездка в этот компьютерный клуб, и то, как было налажено взаимодействие с этим компьютерным клубом, не помешало случиться DDoS’у.
Для того, чтобы противостоять DDoS-у в 2017-м, не нужно тратить кучу денег – рецепты известны. Тот факт, что эти действия не были сделаны – печальный факт, и мне лично очень неудобно перед ребятами за то, что мы лишили их главного турнира весны. С одной стороны, это позволило нам отчасти катком пройтись по остальным командам на квалификациях к киевскому мэйджору, но как ни крути, это недопустимая ситуация, и здесь организация на 100% виновата перед ребятами.
https://i.eurosport.com/2017/04/23/2069032.jpg
– С командой на буткемпе был тим-менеджер?
– У команды всегда есть менеджер состава.
– Какие у него функции?
– Функции менеджера состава достаточно утилитарны. У нас в организации спортивные результаты команды не входят в его KPI. Его задача – окружить ребят своеобразным пузырем комфорта: чтобы у них были быстрые компьютеры, которые не ломаются, стабильный интернет. Спортсмены должны получить те условия, в которых могут комфортно играть.
Менеджер также должен плотно взаимодействовать с организаторами турнира с точки зрения перелетов, гостиниц, быта игроков на турнирах, плюс это полный спектр финансовой отчетности. Когда ребята живут на буткемпе, их надо кормить, закупать продукты для повара. Кроме того, это достаточно большой ворох бумажной работы. Менеджер следит за тем, чтобы на стримах у игроков были корректные логотипы спонсоров, чтобы они не матерились на стримах и не делали неправильные вещи – глобально он отвечает за то, чтобы в команде не было треша.
– За мат на стримах могут быть санкции игрокам?
– Это просто неправильно. Как мы можем говорить о коммерческой привлекательности, когда потенциальный партнер, предположим, включит стрим Lil’а, а он там говорит «***** ***** ***** всех ***** *****»? Кому это будет приятно?
– В чем плюс того, что ребята из-за тех технических поражений по сути не участвовали квалификации на DAC-2017?
– Больше времени на тренировки.
– Lil в стриме сказал, что они рофлили [троллили – прим.] соперников на квалификациях.
– То, как закончились квалификации, – так и должно быть всегда. Те ресурсы, которыми мы обладаем, те игроки, которые за нас выступают, должны показывать ровно такую игру на фоне остальных команд. Безусловно, это было отчасти связано с тем, что у команды долго не было официальных матчей, и им хотелось побеждать. Им всегда хочется побеждать – просто отчасти это психологический момент. Мы сыграли официальные матчи на Dota Pit в конце января, и после этого не было ничего. Прошло полтора месяца, никто не знал, что мы и как мы. Мы показали ту игру, которую должны были показать. Все. Мы отдали пару карт Na’Vi и Team Empire исключительно из-за наших небольших ошибок. Любой другой результат был бы провалом.
– Какой результат на мэйджоре будет считаться удовлетворительным?
– Ребята – максималисты, и они смотрят на турнир чуть иначе, но для меня бостонский мэйджор (прошел в декабре 2016-го – прим. Eurosport.ru) – первый крупный LAN для них, по-настоящему, со сценой. Результат был по минимальной шкале удовлетворительным. Если бы мы вылетели раньше, это был бы совсем провал. В Киеве надо сделать шаг вперед: в Бостоне мы прошли во второй круг плей-офф, здесь нам абсолютно точно по силам третий. Все, что будет ниже, будет плохо.
– Организаторы Manila Masters не дали ни одного инвайта СНГ-командам. В регионе сейчас нет команд, достойных приглашения на турниры такого уровня?
– Это право турниров. Турнир проходит в юго-восточной Азии. С точки зрения продаж билетов, с точки зрения привлекательности, со многих точек зрения понятно, почему они не пригласили нас, пригласив Team NP. Это их право. Оно, возможно, не очень логично со спортивной точки зрения, но турниры – это бизнес, и организаторы в первую очередь должны думать о прибыли. Мне кажется это решение странным, но я понимаю, почему они так сделали.
https://i.eurosport.com/2017/04/23/2069037.jpg
– Какое у вас образование?
– У меня диплом бакалавра экономики в одном из второсортных московских вузов. Это связано с тем, что я с третьего курса работал фулл-тайм в московском офисе adidas, поэтому образование было на втором месте. Я всегда исходил из того, что профессиональный опыт важнее, чем безымянная корочка.
– Как вы попали в Virtus.pro?
– К тому моменту, когда мне впервые позвонили рекрутеры из одного уважаемого агентства по поиску персонала, я уже написал заявление на уход из хоккейного «Спартака». Они оценили мой опыт в спортивном бизнесе в целом, и это именно те квалификации, которые были нужны холдингу в VP.
– Как вы тогда относились к киберспорту?
– Никак. Я из того поколения детей, которым родители говорили: «Не играй в компьютерные игрушки, это плохо», и я не играл. В девятом классе мы ходили с ребятами играть в CS в компьютерный клуб у метро «Профсоюзная», но я отыграл часов 10-15, и у меня никакого энтузиазма это не вызывало.
– После попадания в Virtus.pro отношение изменилось?
– Честно говоря, да. Я поймал себя на мысли, что этой весной я не видел ответный матч «Барселона» – «ПСЖ», просто потому что смотрел матч поляков (состава Virtus.pro – прим.) по Counter Strike. Я люблю посмотреть футбол, но не то, чтобы «О, четвертьфинал ЛЧ, надо стопроцентно смотреть!». Когда играют наши ребята, я смотрю, в первую очередь, их. Когда играет другая команда, я, конечно, выбрал бы футбол, но когда VP, это для меня на первом месте.
– У вас на руке татуировка «Ливерпуля». Как вы начали за них болеть?
– Я с детства люблю The Beatles, и когда после чемпионата мира в 1994 году увлекся футболом, выбор был небольшой: «Ливерпуль» или «Эвертон». Красный цвет мне всегда нравился больше, отсюда и выбор. Я уже 10 лет член официального фан-клуба, стараюсь не пропускать ни одной игры.
– Как вам игра команды сейчас?
– За «Ливерпулем» всегда увлекательно наблюдать, и этот год не исключение. Клопп – отличный тренер, но в Англии безумная конкуренция.
– Предположим, параллельно идут финал Лиги чемпионов и плей-офф VP в The International. Что бы вы смотрели?
– Я бы смотрел игру VP в силу профессиональных обязательств, но где-нибудь на мобильном телефоне параллельно шел бы матч «Ливерпуля». Однако я отношусь к этому профессионально. Личные дела всегда должны быть на втором месте по отношению к работе.
– Вы сами играете в комп?
– Нет.
– И не пробовали?
– На это нужно достаточно много времени. Играть в одну дисциплину будет нечестно по отношению к ребятам из другой, к тому же, сейчас у нас слишком много забот для того, чтобы я еще сам начинал играть. Я смотрю игры, достаточно хорошо понимаю CS, в меньшей степени я понимаю доту – конечно, я понимаю, что происходит, но не понимаю тонкие особенности игры. На это я время трачу. На то, чтобы играть самому – нет.
– В хоккейном «Спартаке» вы были директором по маркетингу. Какой организацией проще руководить?
– Особой разницы нет. Во многом, я оказался в Virtus.pro из-за того, что киберспорт, спорт и индустрия развлечений становятся все ближе друг к другу, и подходы должны быть те же. Киберспорт не уникален. Понятно, что здесь специфичная аудитория. Понятно, что здесь есть свои особенности, но общие законы продвижения и работы с аудиторией абсолютно идентичны.
– У VP есть команды по Hearthstone, Dota 2, CS:GO и League of Legends. Почему нет по World of Tanks?
– Я очень уважаю коллег из компании Wargaming, но на текущий момент WoT – это в большей степени гейминговая дисциплина, чем киберспортивная, в силу дисбаланса танков. Компания Valve внесла в CS изменения, после которых ты не можешь засесть на складе со снайперской винтовкой и сидеть и ждать, пока кто-то пробежит. Игра заставляет двигаться, увеличивается скорость отклика и так далее. У Wargaming пока этого баланса не хватает. Несмотря на хороший старт, есть определенная стагнация в WoT как в киберспортивной дисциплине.
– FIFA – киберспорт?
– Да, но при текущей политике EA ее рост очень сильно ограничен. Кому интересно смотреть, как два чувака играют «Реалом» против «Реала», если можно посмотреть реальный футбол?
– В чем заключается эта политика EA?
– Они 10 лет не могли сделать нормальный режим наблюдателя. Сейчас в игре есть баги, которые позволяют иметь гарантированное преимущество перед соперником.
– Кто отвечает за селекцию в киберспортивной организации?
– У команд разный подход. Когда я пришел в VP в конце лета, у нас составы были собраны по CS и по доте. Поэтому я могу говорить только о том, как мы собирали состав по LoL осенью 2016-го. Финальное решение принимал я. Мы обратились к нескольким аналитикам внутри сообщества, поговорили с ними, я узнал их взгляд на эти вещи, они обрисовали, какой состав они видят и почему, с какими кандидатами. Мы с селекционерами финально поговорили с игроками, договорились. Минимальную задачу – финишировать в верхней части сетки и выйти в плей-офф – они выполнили. Я очень доволен ребятами.
– В киберспорте есть селекционеры?
– Рынок гораздо более фрагментирован, чем в обычном спорте, но в LoL совершенно точно есть люди, которые разбираются в силе игроков, понимают, что и как, и их услугами можно пользоваться.
– У VP есть тренерский штаб? Аналитики?
– Понятно, что у нас нет людей, которые сидят на зарплате вне зависимости от состава. Да, у нас есть аналитик, есть тренер. Сейчас мы перед плей-офф привлекли аналитика по LoL для помощи к тренеру. Ребята из польского состава ищут себе специалиста по статистике.
– Что дает статистика в киберспорте?
– Она не решает исход. Но если статистика позволит на 2-3% улучшить результаты, надо эти 2% использовать.
– Киберспорт на Олимпиаде – хорошая идея?
– Да.
– Почему?
– Олимпийские игры – одно из самых популярных спортивных событий на Земле. Мы видим, как выросли такие виды, как сноуборд, с момента включения в программу. Главный плюс – это колоссальная аудитория.
– Вместо какого вида спорта вы бы включили киберспорт в олимпийскую программу?
– Зависит от того, в какую программу включать – в программу зимних или летних, хаха.
– А вы бы в какую включили?
– Я бы включил в обе понемногу.
https://i.eurosport.com/2017/04/24/2069046.jpg
– Игрок CS:GO в Virtus.pro. Какое авто он может себе позволить?
– Некорректный вопрос. Мы живем в мире, где люди на последние деньги покупают кредитные айфоны. Я человек, который очень долго пользовался телефонами на ОС Google и думал: «Странно, откуда у людей деньги на айфоны?» Потом оказывается, что у человека зарплата 35 тысяч, он десяточку отдал на первый взнос и потом год платит по 3 тысячи за айфон. Вопрос: он может себе его позволить или нет? Тем не менее он его покупает.
Антон Черепенников (владелец команды Virtus.pro – прим.) сказал, что средняя зарплата игроков VP составляет порядка 10 тысяч евро в месяц. Выводы из этого можно сделать самому.
– Это средняя зарплата только игроков CS:GO?
– Нет. Средняя в целом.
– От чего зависит зарплата игрока?
– Наша четкая политика в том, что все игроки равны и получают одинаковые деньги внутри составов.
– Кэш от донатов на стримах сопоставим с зарплатами?
– Зависит от игрока. PashaBiceps’у однажды задонатили 30 тысяч долларов за полчаса. Понятно, что этого не случается каждый день. Это их важный источник дохода, но не превалирующий.
– VP – прибыльная организация?
– Это вещь, которая среди прочих сильно меня поразила. В футбольных и хоккейных клубах высших дивизионов непонятно, за счет чего можно выйти на хотя бы операционную безубыточность, если только тебе не супервезет с трансферами. VP и многие другие команды – абсолютно коммерческая история. Мы не разглашаем коммерческие показатели, но я могу сказать, что наш оборот за 2017-й год исчисляется единицами миллионов долларов.
– Основной доход?
– Спонсорство.
– Как распределяются призовые деньги?
– Почти все уходят игрокам. Организация забирает небольшую часть.
https://i.eurosport.com/2017/04/23/2069035.jpg
– Какая из команд VP принесла организации больше всего денег?
– За 2016-й год, безусловно, CS принесла сильно больше призовых в силу того, что у нас была смена состава, ребята из CS выиграли E-лигу с призовым фондом 400 тысяч долларов, они выиграли DreamHack в Бухаресте, они заняли второе место на Epicenter, второе место на ESL One New York. У них был очень удачный год, и они принесли больше, несмотря на то, что призовые в доте выше, чем в CS.
Если говорить об общей прибыли, то со спонсорской точки зрения понятно, что медийность у состава CS выше. При этом важно понимать, что мы – российская организация, и польский состав не всегда релевантен для российских рекламодателей.
Наша сила в том, что у нас есть типажи на любой вкус. Хотите самого популярного киберспортсмена в мире? Пожалуйста. Хотите лучший СНГ-состав с русскоязычными игроками? Пожалуйста. Это дает нам баланс: мы привлекательны как для европейских компаний, так и для российских организаций.
– Составы по LoL и Hearthstone привлекательны рекламодателям?
– В основном, спонсоров интересует дота и CS.
– У киберспортивных команд есть дубли?
– Главное отличие спорта от киберспорта в том, что в футболе у тебя в составе 25 человек, на поле выходит 11. У кого-то проблемы с женой – его посадили на скамейку, вместо него играет другой. В киберспорте чуть иначе: есть пять человек, они всегда играют. Когда ты имеешь некий запасной состав, это давление на основу. Люди начинают переживать: а вдруг меня кикнут? Зачем им этот второй состав? Это неоднозначная штука. Мы доверяем текущим игрокам и верим, что у них все будет получаться.
Многие команды это делают, но это не является однозначным рецептом успеха.
https://i.eurosport.com/2017/04/24/2069047.jpg
– Сколько людей работает в VP?
– Не так много. Помимо меня, есть редактор сайта. У нас появился руководитель медийного направления, который должен подтянуть организацию с аудиторной точки зрения. Плюс у нас есть весь спортивный блок – тренеры, аналитики, менеджеры команд. С учетом игроков – примерно 30 человек.
– «Анжи» создал команду по Dota 2. Нужно ли киберспортивным командам кооперироваться с футбольными или баскетбольными?
– Нам – нет. Киберспорту никакой добавленной стоимости от кооперации со спортом нет.
– Завтра к вам придет условный Роман Бабаев и предложит запартнериться. Что ответите?
– Это будет вопрос финансовых условий. У нас есть свой сильный бренд. Есть примеры «Ромы» и Fnatic, но там исключительно вопрос консалтинга – Fnatic помогает «Роме» развивать киберспортивное направление. Демография на нашей стороне: у нас более молодая аудитория, она более перспективная, и все будет только в нашу пользу меняться.
– Нужен ли киберспорт на ТВ?
– Это естественный ход событий: как только ТВ не сможет игнорировать киберспорт в силу масштаба, он сам к нам придет. Работать по схеме «Надо пойти на телек любой ценой» – зачем? Наша аудитория не смотрит телевизор, у нее дома нет телевизора. Поэтому вставать на «Первый канал» ради того, чтобы их аудитория 30+, а то и больше, посмотрела киберспорт, ничего не поняла и подумала, что это очередное бесовское начинание молодежи – какая от этого польза?
– Будущее за стримами?
– Понятно, что телевизор как девайс не умрет: всегда будет большой экран дома, с которого можно что-то смотреть – вопрос в том, что ты с него смотришь. Скорее всего, эфирное ТВ будет меняться и отмирать, уступать место чему-то кастомизированному. Мы уже в этой кастомизированной стадии. Через стримы ты хочешь смотреть – и ты смотришь.
Другие киберспортивные штукенции от Кирилла Воробьева:
Угадай героя доты по фрагменту
Угадай игрока в доту по глазам
Киберспорт
Путин поздравил российскую команду с победой на ЧМ по Dota 2
18/10/2021 В 15:30
Киберспорт
Фигуристка: «Вряд ли у нас есть турнир, сравнимый с ЧМ по Dota 2»
18/10/2021 В 10:33