Eurosport

«Играла за Британию, но она дочь Украины». Узнать о раке после свадьбы и умереть через 5 месяцев

«Играла за Британию, но она дочь Украины». Узнать о раке после свадьбы и умереть через 5 месяцев

27/05/2019 в 14:00Обновлено 28/05/2019 в 00:43

Пять лет без Елены Балтачи.

Первый день медового месяца – это всегда что-то удивительное. Парочки срываются в красивые места, гуляют и путешествуют по разным странам и запоминают это время на всю оставшуюся жизнь.

Первый день медового месяца теннисной семьи обычно заканчивается фразой «Давай хоть немного побудем дома». Игроки, тренеры, массажисты, менеджеры и спарринг-партнеры вечно ночуют в отелях, ненавидят бесконечные перелеты и к концу сезона устают от жизни, похожей на гастрольный тур престарелой рок-группы.

Елена Балтача и ее бывший тренер Нино Северино точно так же хотели домашний и уютный медовый месяц. 8 декабря 2013-го Бэлли, как ее называли в теннисном мире, с мужем провели первый совместный день новой жизни в Лондоне – катались на колесе обозрения London Eye, посидели в классном ресторанчике, заглянули в джазовый клуб. Но все равно закончили вечер совместной тренировкой на корте, потому что Лена не хотела резко терять форму.

Елена Балтача, Нино Северино

Елена Балтача, Нино СевериноGetty Images

Северино, конечно, волновался за жену – он старше ее на 19 лет и знает цену здоровью. Лена закончила карьеру, потому что хотела пожить для себя и вне тенниса. Она была первой ракеткой Великобритании и играла на домашней Олимпиаде, но больших успехов никогда не было – максимум третьи круги на турнирах «Большого шлема», и те остались где-то десятилетие назад. В 30 стремиться уже не к чему, цепляться за титулы на ITF-ивентах глупо, лучше заняться собственным организмом и тренировать детей, чтобы они стали круче тебя.

Елена Балтача

Елена БалтачаGetty Images

У Балтачи еще до свадьбы была высокая температура, они с Нино ходили по врачам, но ее симптомы не указывали на проблемы с печенью, а анализы приходили чистыми. В январе страшно закололо в боку, и тогда доктора нашли, в чем дело. Отправили к онкологу, просили пожить для себя и ни на что не надеяться.

«Когда Бэлли поставили диагноз «рак печени», она была шокирована и выглядела очень потерянной, – проглатывает комок в горле Северино. – Я был в какой-то прострации. Это очень и очень тяжело, поверьте. Тысячи людей переживают ужаснейшие вещи, но ей было всего 30, она только закончила карьеру и планировала так много хорошего. А мы оказались в этой борьбе».

Оказаться один на один – а это все равно не микст и не парный матч – можно по-разному. Некоторые исполняют мечты всей жизни, некоторые закрываются в себе и думают, за что их наказывает судьба, некоторые срываются за несправедливость на окружающих и близких.

Елена Балтача, Нино Северино

Елена Балтача, Нино СевериноGetty Images

Трагедия была в том, что онкология не отступала. Рак печени – один из самых сложных видов болезни, лишь один из пяти остается в живых через год после появления опухоли. Пять лет протягивает лишь каждый 20-й, остальных 19 заболевших давно оплакивают родственники.

Елена Балтача

Елена БалтачаGetty Images

Эксперты утверждают, что из-за аварии на АЭС в 1986-м на Украине, в России, Белоруссии и соседних республиках более 10 тысяч человек заболели раком исключительно от последствий радиации. Семья Балтачи уехала из СССР в Великобританию в 1989-м – через три года после выброса опасных веществ.

Елена Балтача

Елена БалтачаGetty Images

За день до похорон Алены на кортах ее школы мастер-класс дали известные люди индустрии – первая ракетка Британии Лора Робсон, капитан сборной в Кубке Федерации Леон Смит, бывший партнер Лены в парном разряде Энн Кеатавонг, глава женской теннисной ассоциации Англии Йен Бейтс и экс-капитан Джуди Маррей. Более 70 детишек в возрасте от 5 до 13 лет стучали ракеткой по мячу и впитывали знания, потому что так хотела Балтача.

Спустя пять лет после смерти Бэлли через ее фонд прошло более 10 тысяч детей из сложных семей, у которых нет возможности отдать сыновей и дочерей в теннис. Джуди Маррей и Кеатовонг до сих пор проводят мастер-классы, и благодаря им у академии подрастают бриллиантики. Например, 14-летняя Джастис Холл попала в сборную своего возраста и уже получает полноценную стипендию в престижной Culford School.

Нино Северино очень тяжело без жены. Он лишь год назад оправился от непростого внутреннего состояния (он намеренно избегает слова «депрессия») и признает, что потерял родственную душу. 54-летний мужчина съехал из их общего дома, потому что воспоминания были слишком тяжелы, но хранит все ленины вещи в отдельной комнате и развешивает в новой квартире ее фотографии.

Eurosport на iOS
0
0